В Казахстане колонии пытаются засудить активистку, которая рассказывает о пытках и голодовках

Казахстанская правозащитница Елена Семенова много лет рассказывает в своем фейсбуке о пытках и коррупции в колониях — заключенные обращаются к ней сами, пытаясь найти справедливости. В 2020 году администрации колоний решили бороться с Семеновой и завалили ее исками о защите чести и достоинства. Теперь по решению суда она должна удалить посты со свидетельствами пыток. «Медиазона» рассказывает о противостоянии Семеновой и колоний.

51-летняя жительница Павлодара Елена Семенова начала заниматься правозащитой 12 лет назад — и больше половины из них фокусируется на проблемах заключенных казахстанских колоний.

За это время активистку дважды пытались обвинить по статье 274 УК, но оба раза дела закрывали. В 2016 году Семеновой, которая входила Общественную наблюдательную комиссию, запретили посещать тюрьмы Павлодарской области. В 2018 году Семенову не выпустили из Казахстана на встречу с депутатами Парламентской ассамблеи Совета Европы. Через несколько дней после этого дом правозащитницы закидали коктейлями Молотова.

Арестанты СИЗО и колоний обращаются к Семеновой сами — по словам активистки, в обычный день она может получить больше сотни звонков. О некоторых обращениях Семенова пишет в своем фейсбуке, а затем направляет их в прокуратуру и Комитет уголовно-исполнительной системы.

Правозащитница признает: проверить удается не все жалобы, иногда заключенные могут использовать их в своих интересах. Те сообщения, что проверить не получилось, Семенова перенаправляет в надзорные ведомства, не упоминая в соцсетях.

«Поэтому я писала [в фейсбук] выборочно, только жесткие случаи, когда по таксофону они говорят все, дают согласие, чтобы я написала, соглашаются с указанием своих фамилий, скидывают видео, — объясняет Семенова. — Это уже значит, что они несут ответственность, они не боятся и говорят правду, потому что не каждый осужденный позволит обманывать, называя свою фамилию и понимая, какие его ждут последствия».

Иски, иски , иски

С начала года к правозащитнице Семеновой подали семь исков, но решения вынесены только по четырем из них — в начале осени несколько колоний отказались от претензий и отозвали иски.

Одной из первых судиться решила администрация колонии УК-161/2 Костанайской области. Поводом для иска стали сразу три поста из фейсбука, написанные Семеновой осенью 2019 и зимой 2020 года: в них речь шла о рабском труде, голодовке и массовом отравлении заключенных. Руководство УК-161/2 потребовало признать посты не соответствующими действительности, обязать Семенову удалить их и дать опровержение. Аргументируя свою позицию, колония ссылалась на результаты служебных расследований, которые не выявили никаких нарушений.

Павлодарский городской суд удовлетворил требования истцов. Семенова обжаловала это решение, но 15 сентября апелляционная инстанция оставила его без изменений.

Отдельный иск подала замначальника УК-161/2 по лечебно-профилактической работе Гульнара Мырзалы из-за слов об отравлении арестантов. Суд также удовлетворил его, обязав Семенову опровергнуть пост и возместить судебные издержки в размере 120 569 тенге (280 долларов).

Следом иск к Семеновой подала ЕС-164/4 Алматинской области из-за двух постов об избиении заключенного. В суде колония настаивала, что арестанта не избивали, а применили к нему «приемы боевого самбо», так как он был пьян, сорвал с тюремщиков погоны и бился головой о двери. Этот иск суд тоже удовлетворил: Семенову обязали опровергнуть информацию из постов и выплатить 99 828 тенге (246 долларов) судебных издержек. Правозащитница пыталась опротестовать это решение, но безуспешно — Павлодарский областной суд отклонил жалобу.

С еще одним иском к Семеновой обратилась колония ЖД-158/4 Тараза, которая потребовала признать недостоверным пост о заключенном, который прибил себя гвоздями к скамье, требуя оказать медпомощь после избиения. Администрация ЖД-158/4 отрицала избиение и утверждала, что он пытался совершить суицид. 7 сентября суд удовлетворил этот иск частично: Семенова должна опровергнуть написанное, а также выплатить 22 780 тенге (53 доллара) судебных издержек.

В мае иск к Семеновой подала другая таразская колония — ЖД-158/7. Активистка выложила видео с обращением осужденного Нурлыбека Баймаханова. Заключенный утверждает, что в колонии «происходит беспредел»: сам он был избит, а сотрудники санчасти отказались фиксировать побои. Администрация ЖД-158/7, в свою очередь, настаивает, что все увечья арестант нанес себе сам. Во время первого заседания по иску колония решила отозвать его.

Еще один пост стал поводом для иска от ЖД-158/1 Жамбылской области. Претензии вызвало опубликованное Семеновой видео заключенного Карима Бабаева, которые говорит о коррупции в учреждении. «Мне кажется, что в закрытых учреждениях скоро можно будет купить все, что угодно, даже танк», — писала тогда Семенова. Начальник ЖД-158/1 подал иск к Семеновой в августе, соответчиком по нему выступал Бабаев; однако уже в сентябре представители колонии попросили суд оставить его без рассмотрения.

Седьмой иск был подан колонией ЛА-155/12 из Алматинской области из-за поста Семеновой от 17 мая, в котором она со слов осужденных описала сразу несколько событий: в декабре 2019 трое заключенных рассказали о пытках, 18 апреля был избит один осужденный, 30 апреля — двое, 8 мая — еще один. Утверждалось, что в избиениях участвовал сотрудник колонии, который проводил «тренировки» на арестантах.

Колония отрицала факты пыток и избиений и потребовала удалить пост. При этом представители ЛА-155/12 почти сразу отозвали иск и подали его заново без каких-либо изменений, за исключением того, что в новом варианте ответчиком была только Семенова. 21 сентября колония направила в Павлодарский городской суд очередное ходатайство об отзыве иска. Вскоре колония отозвала еще один иск к правозащитнице.

«Они могут быть услышаны»

Требования колоний Семенова считает абсурдными, однако после серии исков ей пришлось изменить подход к публикациям: она выкладывает в фейсбук практически все поступающие обращения, но теперь всегда подчеркнуто обращается к прокуратуре и ДУИС с требованием проверить информацию.

По словам Семеновой, давление на нее и осужденных, говорящих вслух о нарушениях в колониях, усилилось, но обращений стало только больше.

«Осужденные поняли, что они могут быть услышаны. И они готовы говорить. Единственный минус: все то, что они говорят в суде — в данном случае, в гражданском суде — это остается практически без внимания, — рассуждает Семенова.

Активистка предполагает, что администрации колоний, возможно, рассчитывали, что она перестанет писать о пытках. Но «это скорее придает больше уверенности в том, что ты двигаешься в правильном направлении», говорит она. «Придает больше сил, потому что ты понимаешь, что им не нравится то, что осужденные говорят правду», — заключает Семенова.

Репутацию колоний, которые судятся с Семеновой, кристально чистой назвать нельзя: все они попадали в новости из-за сообщений о пытках и коррупции.

В 2018 году четверо осужденных из колонии ЕС-164/4 рассказали об избиениях и угрозах от тюремщиков. В том же году двое осужденных из колонии ЛА-155/12 вырезали себе на груди фразу «В моей смерти винить администрацию ЛА-155/12» и сообщили о пытках и избиениях.

Несколько арестантов из колонии ЖД-158/4 зашивали себе рот и объявляли голодовку в знак протеста. После убийства одного из осужденных выяснилось, что «активисты» в колонии могли наказывать своих сокамерников за дисциплинарные проступки.

С 2016 по 2019 год несколько сотрудников колонии таразской УЖД-158/7 были осуждены за взятки (которые они брали не только деньгами, но и деревянными подносами для бешбармака) и продажу марихуаны осужденному.

В 2019 году в интернет попало видео с осужденным чиновником из Уральска Муслимом Ундагановым, который пил виски и ел бешбармак в камере колонии УК-161/2. После публикации и.о. начальника уволили, а пятерых сотрудников привлекли «к строгой дисциплинарной ответственности».

Никита Данилин

https://mediazona.ca