Задержанные иностранцы и жалобы на пытки. Омбудсмен Азимова о январских событиях

В социальных сетях и СМИ появились сообщения о применении насилия со стороны силовиков к задержанным и подозреваемым в правонарушениях в период трагических январских событий. В своем интервью 17 февраля Президент Касым-Жомарт Токаев отметил, что «подобные действия недопустимы» и по каждому нарушению будут приниматься меры, а все виновные будут привлечены к ответственности. Он подчеркнул, что расследованием дел о пытках также занимается омбудсмен по правам человека и независимые правозащитники.

Нам удалось пообщаться с уполномоченным по правам человека в Казахстане и узнать, как с задержанными обращаются в следственных учреждениях, есть ли среди них иностранцы и предоставили ли им юридическую защиту.

Сколько обращений и жалоб зарегистрировано в институте уполномоченного по правам человека от задержанных после январских событий и их родственников?

— По состоянию на 18 февраля зарегистрировано 80 обращений, из них 40 — о недозволенных методах следствия с применением физического насилия или жестокого обращения. Остальные связаны с необоснованным задержанием, несогласием с судебными актами, несогласием с избранной мерой пресечения, а также о неоказании своевременной медицинской помощи и недопуске адвокатов.
К примеру, в Атырау для размещения задержанных в качестве дополнительного помещения использовался спортзал. Арестованные сообщили, что в течение дня им не давали питьевую воду. По этому факту проводится расследование, возбуждено уголовное дело.

По нашим данным агентства на сегодня возбуждено 197 уголовных дел, практически все они расследуются Антикором. Я считаю, это правильно, потому что таким образом ход расследования дистанцируется от органов, в отношении которых проводится расследование. Если бы его вела служба собственной безопасности МВД, то это вызывало бы сомнения в достоверности результатов. Поэтому большинство сообщений о фактах пыток проверяет антикоррупционное ведомство, и только одно дело находится у прокуратуры.

Все ли арестованные обеспечены юридической помощью и адвокатами?

— В момент задержания многие говорили, что у них были адвокаты, но большая часть сообщили, что это были гарантированные государством адвокаты, то есть бесплатная юридическая помощь. В последующем многие заявляют о том, что бесплатные адвокаты по статусу им были не положены. У нас услугами бесплатных государственных адвокатов могут пользоваться многодетные матери, несовершеннолетние дети без попечения родителей, пенсионеры и некоторые другие категории. На данный момент, по данным КУИС, под стражей фактически содержались 728 граждан (по состоянию на 16 февраля), и очень важно, чтобы этим людям была оказана юридическая помощь. К сожалению, многие из арестованных, с кем я встречалась, говорили, что не видели своего адвоката более двух-трех недель.

Когда человек не видит адвоката более двух недель, это нехороший сигнал, потому что люди находятся в закрытом учреждении и, естественно, для них очень важно понимать, на какой стадии идет расследование. Доверительные отношения у них складываются именно с их защитником в лице адвоката или общественного защитника, в роли которого, кстати, может выступать их родственник, и они хотят получать актуальную информацию о том, когда их выпустят и будут ли вообще выпускать, на какую дату назначен суд и другие моменты.

А как фиксируются факты применения насилия в отношении задержанных?

Для этого нужно наличие независимой судебной экспертизы. Когда задержанных начали переводить из изоляторов временного содержания в следственные изоляторы, было много заявлений о применении к ним физической силы, и было важно проведение судебно-медицинской экспертизы до истечения 48 часов после поступления в СИЗО. Мы этот вопрос подняли, и министр внутренних дел с нами согласился. В Алматы, Атырау, Кызылорде, Шымкенте, Таразе, например, сразу стали вести комиссионный прием, пригласив гражданских специалистов. В ВКО прокуратура обеспечила приезд передвижной диагностической лаборатории, обслуживающей население в дальних регионах и учебные заведения. Медики снимали УЗИ, делали рентген, фиксируют травмы. Этот момент важен в рамках уголовного расследования по делам о применении жестокого обращения после задержания. По закону доказательства, полученные с применением пыток, насилия, угроз, обмана и других незаконных действий, признаются недействительными.

Все сообщения о жестоком обращении или отсутствии адвокатов, непринятии ими мер по защите своих подзащитных должны быть учтены судьями и прокурорами. Это касается также граждан, имеющих статус свидетелей по уголовным делам. С учетом опасений граждан, вызванных в качестве свидетелей, законодательство позволяет в качестве меры безопасности рассмотреть вопрос о депонировании показаний свидетеля и потерпевшего.

Сколько было раненых среди задержанных?

— По состоянию на 16 февраля было задержано 43 человека с ранениями, восемь с переломами и 213 с гематомами. Из них 30 человек находятся в медицинской части самих СИЗО, один задержанный — в гражданской больнице Тараза и еще 12 в стационаре внутри учреждений. Когда в соцсетях сообщают, что человека с осколочным ранением поместили в следственный изолятор, то надо понимать, что не везде ситуация одинаковая. Конечно, вызывает вопросы, когда человека из больницы забирали на допрос, хотя могли провести его в самой палате. Но все-таки хорошо, что сами органы внутренних дел приняли решение по возвращению тех, кто нуждался в более усиленном медицинском наблюдении, в гражданские больницы, организовав для них палаты под охраной.

Вместе с тем согласно Женевской конвенции во время вооруженных конфликтов раненые и больные должны максимально обеспечиваться условиями медицинского ухода. Поэтому здесь важно в каждом случае учитывать состояние здоровья. К примеру, гражданин, у которого оба глаза были повреждены осколком, он на сегодня в Алматы освобожден под подписку о невыезде. Восемь несовершеннолетних, шесть из Алматинской области и двое из Алматы, получившие термические ожоги, освобождены из-под стражи под поручительство родителей.

Сколько всего следственных изоляторов вы успели посетить и проверить?

— С 13 января по 14 февраля мы провели 118 превентивных посещений следственных изоляторов, изоляторов временного содержания, приемников-распределителей во всех регионах страны. В Алматы посетили пять таких учреждений, в Нур-Султане – 10, в Шымкенте – 12, в Алматинской области – восемь, в Павлодарской области – 12, в Жамбылской области – 21 учреждение и по 5-7 учреждений в других областях.

Есть ли среди арестованных иностранцы?

— На сегодня есть данные о 20 иностранных гражданах. Больше всего граждан Узбекистана — 12 человек, трое граждан России, двое из Кыргызстана, по одному из Таджикистана и Китая и одно лицо без установленного гражданства. Среди граждан Кыргызстана один находится в Таразе, а второй в Усть-Каменогорске. Тот, что в Усть-Каменогорске, достаточно давно проживает в Казахстане и имеет вид на жительство в нашей стране.

По данным Генеральной прокуратуры, под стражей находится 711 граждан, ранее сообщалось о 1002 арестованных гражданах. Наибольшее число арестованных на сегодня в Алматы, Алматинской области Усть-Каменогорске, Таразе, Шымкенте и Кызылорде.

Достаточно ли места в следственных изоляторах для такого количества задержанных? В каких условиях содержатся арестованные?

— Если говорить о доступе к питанию, у всех следственных изоляторов нормативы и требования одинаковые. С точки зрения материальных условий есть отличия. В Алматы, к примеру, следственный изолятор достаточно новый, там камеры в неплохом состоянии. В других городах СИЗО более старой постройки, в Усть-Каменогорске здание почти 300-летней давности. Если говорить о питании, то в первое время в изоляторах временного содержания, куда доставлялись задержанные в первые 48 часов, стояла проблема в доступе к питанию и другим условиям, потому что количество задержанных было достаточно большим. В последующем, когда часть людей была отпущена, а другие были переведены в следственные изоляторы, ситуация стабилизировалась, жалоб в этой части на сегодня нет. К тому же всем арестованным после 10 января разрешили получать передачи из дома.

Основные вопросы у тех, с кем я общалась, первый — у меня есть адвокат, но я его давно не видел; второй — когда нас отпустят; третий – при задержании на меня оказывали давление и насилие; четвертый — я считаю, что предъявленные мне обвинения необоснованны, я с ними не согласен; пятый — при задержании и во время допроса ко мне применялись пытки; шестой — я хочу домой, помогите мне выйти. Это нормальные вопросы, я считаю, этим людям надо помочь, потому что они говорили, что многие впервые оказались в таких закрытых учреждениях, они не ожидали, что могут быть такие последствия. Конечно, многие из них шокированы.

Были и такие, кто соглашался с предъявленными обвинениями. Самое главное для людей, которые арестованы, чтобы органы следствия и прокуратура отработали очень качественно все материалы процессуальных документов. А что касается защитников, которые наняты, чтобы они регулярно давали обратную связь своим подзащитным и обеспечивали качественную защиту.

Сколько человек было выпущено из-под ареста благодаря вмешательству уполномоченного по правам человека?

— Количественно мы это не отслеживаем. Те, кто выпущен в Алматы, Алматинской области, Таразе и других регионах, мы к ним имеем отношение. На сегодня в общей сложности выпущено более 270 человек (прим.: на сегодняшний день уже больше). Здесь надо уточнить, что не во всех случаях освобождение означает снятие обвинения в совершении преступления, в отношении многих из них продолжается расследование и предстоит судебное рассмотрение. Конечно, каждый из нас, то есть уполномоченный по правам человека, общественная комиссия или другие общественники, могут говорить, что внесли свой вклад в это, но для тех, кто находился в СИЗО в статусе подозреваемых, им мера пресечения была изменена по результатам проверки прокуратуры в порядке надзора за законностью. Кто бы что ни говорил, окончательное решение по освобождению принадлежит органам прокуратуры. Конечно, мы хотели бы, чтобы эта работа шла быстрее, чтобы те, кто говорит о необоснованных обвинениях, что их задержали, просто когда они возвращались с работы домой или случайно оказались рядом с площадью, чтобы их проверили, и если эта информация подтвердится, отпустили.

Я работаю над этим не одна, я привлекаю к этой работе общественников, тех, которые входят в региональные группы НПМ (Национального превентивного механизма), и правозащитников, входящих в состав координационного совета при уполномоченном по правам человека, мы работаем по принципу: беседуем со следственно-арестованными, собираем информацию, если есть просьбы связаться с их близкими и сообщить им об адвокатах и так далее, мы это все делаем. Еще я встречаюсь с руководством региональных прокуратур и акиматов. Нельзя забывать, что следственно-арестованные — это все люди, которые где-то работают и учатся. Кроме того, есть студенты, которые просят, чтобы, пока идет следствие, их не исключали из университета, или чтобы мы помогли сообщить работодателю, чтобы его не увольняли с работы.

Встречались ли представители уполномоченного по правам человека с Саятом Адилбекулы и Азаматом Батырбаевым (прим.: задержанные, которые сообщали о пытках)?

С Саятом и Азаматом лично я не встречалась, но независимо от этого, руководствуясь сделанным ими публичным заявлением, я обратилась в Генеральную прокуратуру о проверке изложенных фактов и о возбуждении уголовных дел, если есть основания, что имели место пытки или иные виды жестокого обращения. На сегодня по обращениям граждан возбуждено 197 уголовных дел о недозволенных методах следствия, из которых специальными прокурорами расследуется 8 уголовных дел, остальные — антикоррупционным ведомством. Расследование по этим делам продолжается.

Важно, чтобы данное расследование завершилось до основного судебного рассмотрения по существу предъявленного обвинения, поскольку результаты расследования по делам о пытках или жестоком обращении либо ином процессуальном нарушении имеют значение для правовой оценки процессуальных документов по основному делу, в том числе в части установления факта их получения под давлением, угрозой или иного насильственного действия. В этом ключе очень важна роль адвоката и самих граждан, заявивших о совершении в отношении них насильственных действий, унижающих достоинство, а также роль антикоррупционного ведомства как органа по расследованию и прокуратуры в рамках компетенции по надзору за соблюдением законности.

Есть ли среди арестованных несовершеннолетние?

— К сожалению, в первое время были. В возрасте 16-17 лет. Фактически все на сегодня освобождены под поручительство родителей, после прокурорской проверки. Основные обвинения, предъявленные им, связаны с участием в массовых беспорядках, нападением и захватом зданий, хищением оружия. Достаточно серьезные обвинения.

Расследование по этим делам продолжается, и вмешательство в его процесс недопустимо, могут участвовать только органы следствия, прокуратура, обвиняемые и их законные представители. В отношении многих была избрана мера содержания под стражей до двух месяцев. Практически все несовершеннолетние попали в орбиту уголовного правосудия впервые. С учетом последнего хочу отметить, что Казахстан является участником Конвенции ООН о правах ребенка. В статье 37 конвенции прямо сказано, что арест, задержание или тюремное заключение ребенка должны использоваться лишь в качестве крайней меры и в течение как можно более короткого периода времени. В случае наступления крайней меры лишенный свободы ребенок должен быть отделен от взрослых, за исключением случаев, когда в наилучших интересах ребенка этого делать не следует. Таким образом, после проверки всех обстоятельств прокуроры приняли решение о возможности изменения меры пресечения под поручительство родителей. Это очень хороший шаг.

О том, что механизм альтернативных мер пресечения не работает эффективно, я неоднократно поднимала вопрос на площадках Парламента, обращалась в адрес Генеральной прокуратуры. Аналогично данный вопрос касается и лиц с инвалидностью или имеющих заболевания, требующие постоянного наблюдения у специалистов. Депутаты Мажилиса Парламента также подняли вопрос о чрезмерности избранной меры пресечения в отношении несовершеннолетних и обоснованности предъявленных обвинений. В результате принятых мер в Алматинской области несовершеннолетних лиц в последующем освободили под поручительство родителей, в Таразе уже освободили из-под стражи шестерых несовершеннолетних граждан. Однако прокурорская проверка продолжается в отношении одного несовершеннолетнего), находящегося под стражей.

В заключение хочу сказать следующее. Расследование по январским событиям должно быть тщательным, а судебный процесс — максимально открытым. Нужно обеспечить также право на участие в этих судебных процессах близких погибших мирных жителей.

P. S. Пока готовился материал, Эльвира Азимова сообщила, что в Усть-Каменогорске на сегодня проводится проверка и в ближайшее время ожидается, что выпустят еще одну большую группу задержанных людей. Из СИЗО Усть-Каменогорска освободили 10 человек в связи с изменением меры пресечения на подписку о невыезде, среди них также есть граждане с ранениями, с которыми ранее общалась омбудсмен. Эльвира Азимова отметила, что все эти факты подтверждают, что механизм общественных усилий и восстановления законности работает, родственники и общественность просят ускорить этот процесс.

«Тенгриньюс»

https://tengrinews.kz/kazakhstan_news/zaderjannyie-inostrantsyi-jalobyi-pyitki-ombudsmen-azimova-462325/?fbclid=IwAR23C4L0KDWhA2MIx8l9s58xxR_mMAONWvP1FQp34FfgE0_2H6BHkgJox5o