«Заложники войны» Нур-Султана с Аблязовым, или Преследование активистов

Более 250 активистов из разных регионов Казахстана подвергаются преследованиям в рамках уголовных дел об «организации деятельности» двух запрещенных властями движений — «Демократического выбора Казахстана» и «Көше партиясы» — и «участии» в них. Известный в стране правозащитник считает активистов «заложниками в войне» между властями и живущим за границей критиком Нур-Султана.

Ходил на антиправительственные акции. Попал в поле зрения силовых органов. Оказался под стражей. Затем — на скамье подсудимых.

Полиция заталкивает в автозак задержанного на месте митинга, анонсированного Мухтаром Аблязовым и его движением «Демократический выбор Казахстана» (ДВК), деятельность которого запрещена в стране. Алматы, 21 сентября 2019 года.

52-летний карагандинец Аскар Нурмаганов — один из более чем двух десятков находящихся сейчас за решеткой казахстанских активистов, которые после административных арестов по обвинению в участии в не согласованных с властями митингах привлекаются уже к уголовной ответственности. Им инкриминируют «участие в деятельности» движений «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) и «Көше партиясы», которые названы столичным судом экстремистскими, а в документах Европейского парламента значатся как мирные оппозиционные движения.

«МЫ НЕ ЭКСТРЕМИСТЫ»

Нурмаганов находится в следственном изоляторе почти полгода. На процессе, который стартовал 9 февраля, он отказался от показаний, которые давал во время следствия, заявив, что они выбивались под давлением. Нурмаганов сказал, что не считает себя виновным и не относит себя к экстремистам.

Активист из Караганды Аскар Нурмаганов, обвиняемый в «участии в деятельности» движений «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) и «Көше партиясы».
Активист из Караганды Аскар Нурмаганов, обвиняемый в «участии в деятельности» движений «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) и «Көше партиясы».


— Изначально, когда оказывали прессинг, я признавал и раскаивался. Первое время я еще думал, что мы, активисты, в чем-то виноваты, но, когда в изоляторе я стал знакомиться с Конституцией, где сказано, что каждый имеет право на свободу объединения и без образования юридического лица, я понял, что ничего плохого мы не сделали. Считаю, что статья 405 («Организация и участие в деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации после решения суда о запрете их деятельности или ликвидации в связи с осуществлением ими экстремизма или терроризма». — Ред.), которая применяется ко мне и другим активистам в стране, не имеет объективной стороны и противоречит Конституции. Мы порядочные активные граждане, не экстремисты, мы без оружия выходили на мирные митинги. Никакую рознь я не сею. Я хотел просто докричаться до властей, которые обещали быть слышащими, — сказал на проходящем в онлайн-формате процессе Нурмаганов.

«Демократический выбор Казахстана» и «Көше партиясы»

Движение «Демократический выбор Казахстана» было создано в 2017 году бывшим казахстанским банкиром и оппозиционном политиком Мухтаром Аблязовым. Движение провозгласило своей целью «консолидацию всех здоровых сил в казахстанском обществе для проведения коренных демократических преобразований». ДВК призывает к упразднению должности президента, установлению парламентской республики с однопалатным парламентом и прямыми выборами, защите прав человека. Движение организовывало протестные митинги, которые заканчивались задержаниями; власти называли акции незаконными.

В 2018 году Есильский районный суд в столице удовлетворил ходатайство генеральной прокуратуры о признании ДВК экстремистской организацией. Судебное решение о запрете деятельности движения опубликовано не было.

В феврале 2020 года группа казахстанских активистов объявила о создании «Көше партиясы», тоже нацеленной на переход к парламентской республике. Через три месяца, в мае, тот же Есильский райсуд запретил «Көше партиясы» как «экстремистскую организацию» и как структуру, в которую, по мнению Генпрокуратуры, «трансформировалось» движение ДВК. Решение суда тоже не размещено в открытом доступе.

Активисты утверждают, что движение «Көше партиясы» является независимым. В июне прошлого года столичный суд вернул апелляцию на решение Есильского районного суда столицы о запрете движения «Көше партиясы», заявив, что подавшие ее участники инициативной группы «не являются стороной по делу».


В пятницу, 19 февраля, сторона обвинения запросила для Нурмаганова полтора года ограничения свободы. Прокуратура считает, что подсудимый сформировал «ячейку» в мессенджере, обсуждал вместе с другими участниками действия с целью «формирования негативного отношения к высшей власти Казахстана» и тем самым создал «реальную угрозу» национальной безопасности.

— На основании решения суда ДВК признан экстремистской организацией, размещение информации о ее деятельности запрещено. Об этом подсудимый знал. Однако Нурмаганов принимал активное участие в ее деятельности. Нурмаганов признаёт участие в деятельности в части расклеивания листовок, [размещения] видеоролика в YouTube’е в поддержку ДВК и «Көше партиясы», при этом не признаёт обвинение и не раскаивается, — сказал гособвинитель Ануар Завотпаев.

Аскар Нурмаганов после слов прокурора заявил, что не видит ничего противозаконного в поддержке идей и программы ДВК и «Көше партиясы».

— Нас, как граждан этой страны, многое беспокоит. Власть имущие так оторвались от народа, что стали называть себя государством. Депутатам всё равно на беды и чаяния народа. Откуда такая жестокость — сажать за мирные митинги? Мы хотим хороших перемен, а не чтобы нас таскали по автозакам, — сказал Нурмаганов.

Прокурор просил суд о дополнительном наказании для обвиняемого — трехлетнем запрете на общественно-политическую деятельность, на участие в работе партий, общественных организаций или движений, на выход на митинги, забастовки, на выступления в соцсетях, на оказание спонсорской или благотворительной помощи; на поддержку различных петиций. Государственный обвинитель огласил в суде и другие запреты, запрашиваемые для Нурмаганова, в том числе на передвижения. Адвокат активиста возмутилась, назвав такое наказание не ограничением свободы, а «домашним арестом».

«ТАК ГАСЯТ ГРАЖДАНСКУЮ АКТИВНОСТЬ»

Дело в отношении Нурмаганова, которого казахстанские правозащитники включили в ноябре прошлого года в список политических заключенных, — одно из десятков, заведенных в последние месяцы в отношении реальных или предполагаемых сторонников ДВК и «Көше партиясы».

В ожидании суда по той же 405-й статье, часть 2 сейчас находится 53-летний Буркутбай Насырханов из города Сатпаев Карагандинской области. Ему вменяют размещение на странице в Facebook’е материалов «экстремистского характера», а также видеообращения с призывами к гражданам к «свержению власти и поддержке экстремистской организации ДВК». Сам же Насырханов утверждает, что не был членом запрещенных структур и ничего противозаконного не совершал, а преследуют его за то, что он выражал в соцсетях свое недовольство происходящим в стране и критиковал власти. Его уже несколько раз вызывали на допросы в полицию. На днях на допрос в качестве свидетеля вызывалась его жена.

Насырханов, бывший горняк, говорит, что попал под увольнение, судился, инициировал создание независимого профсоюза, который, правда, продержался недолго. На какое-то время Насырханов оставил общественные дела. В 2018 году, когда он начал вновь поднимать неудобные вопросы, выражать недовольство положением рабочих, им «заинтересовалась» полиция.

— Перед новым годом ко мне домой пришли полицейские с постановлением о проведении обыска. Обыскали не только меня, но и всю квартиру, изъяли всю оргтехнику, даже компьютер, ноутбук и телефон дочери. Видимо, думают, что если меня сейчас не остановить, то я опять какой-нибудь профсоюз создам или движение и буду опять совать свой нос. Расчет у них на то, что если меня осудят по 405-й статье, то я буду уже уголовно осужденный, — соответственно, уже лишаюсь права создания какого-либо общественного движения. Так гасят гражданскую активность населения. У нас и так тут население в нашем регионе как «Степлаг», все зашуганные. Вот эта система достала уже! — говорит репортеру Азаттыка Буркутбай Насырханов.

СВЫШЕ 250 ПРЕСЛЕДУЕМЫХ. «ЗАЛОЖНИКИ» ВОЙНЫ?

Первые дела против активистов по обвинению в «участии» в запрещенных движениях появились в 2018 году — буквально сразу после решения столичного суда, признавшего ДВК «экстремистским». И если до этого судебного решения полиция задерживала и отпускала людей с синими воздушными шарами на площадях (выходить на массовые гуляния с шарами призывал Аблязов), блокировала прямые эфиры Аблязова в социальных сетях, то после вынесения решения власти перешли к уголовному преследованию сторонников его движения. Под следствием по 405 статье оказались десятки людей в разных уголках страны, в том числе домохозяйки и пенсионеры. Многие из них попали под прицел силовых структур после участия в митингах, к проведению которых призывал ДВК, кто-то — после публикаций в социальных сетях в поддержку ДВК и его основателя Мухтара Аблязова.

Мухтар Аблязов: оппонирование из-за рубежа

Бывший банкир и бывший высокопоставленный чиновник Мухтар Аблязов покинул Казахстан в 2009 году после национализации БТА Банка, которым он руководил, и поселился в Европе. Власти Казахстана заявляют, что Аблязов незаконно вывел из банка миллиарды долларов, он отвергает эти обвинения и называет их политически мотивированными.

Казахстан на протяжении многих лет пытался добиться экстрадиции Аблязова. В 2011 году ему было предоставлено убежище в Великобритании. В 2012 году он бежал из этой страны незадолго до того, как Высокий суд Британии назначил ему тюремное наказание за неуважение к суду в рамках дела о хищении средств из банка. В 2014 году британские СМИ сообщали, что власти приняли решение аннулировать предоставление убежища. Сам Аблязов в тот период находился в тюрьме во Франции после ареста на основе ордера Интерпола (поданного Россией, которая тоже обвиняет его в хищениях) в 2013 году.

В январе 2014 года французский суд одобрил выдачу Аблязова, но в декабре 2016 года высший административный суд страны отменил постановление об экстрадиции Аблязова, сославшись на наличие «политических мотивов», и он был освобожден из тюрьмы. После выхода он объявил о создании движения ДВК. В 2018 году Аблязова заочно приговорили на родине к пожизненному заключению по обвинению в убийстве бизнес-партнера в 2004 году. Он считает приговор необоснованным, а дело — сфабрикованным из мести за его политическую деятельность. Осенью 2020 года Париж предоставил Аблязову политическое убежище.

По информации правозащитника Бахытжан Торегожиной, руководителя алматинской неправительственной организации «Ар.Рух.Хак», в период с 2018 по 2019 год по статье 405, часть 2, уголовного кодекса было осуждено более 60 активистов. Большая часть была приговорена к ограничению свободы и запрет заниматься общественно-политической деятельностью.

На фоне преследований, отмечает Торегожина, ряд активистов решили организовать свое движение «Көше партиясы», которое начало проводить мирные акции. Но эта инициатива также была пресечена властями, и в мае 2019 года движение тоже было признано экстремистским, а его сторонников стали привлекать к уголовной ответственности.

По данным Торегожиной, которая ведет мониторинг ситуации с гражданскими активистами в стране, на сегодняшний день 29 активистов находятся под стражей в следственных изоляторах либо под домашним арестом. Но в рамках уголовных дел проходят более 250 активистов — в статусе подозреваемых, свидетелей с правом на защиту, просто свидетелей, которых нередко вызывают на допросы.

— В рамках этого дела, так называемого «активисты — не экстремисты», сегодня по всей стране преследуются более 250 человек, и это количество увеличивается с каждым днем. Я не думаю, что активисты представляют какую-то угрозу для власти. Они действительно мирные и всегда говорили о своих задачах, претензиях, каких-то вопросах властям открыто, публично. Это больше всего напоминает борьбу наших властей с господином Аблязовым и со всей его группой поддержки либо с теми, кто его просто поддерживает. То есть личные счеты тех людей во власти, которые ведут уже многолетнюю «войну» с Аблязовым. И, к сожалению, все эти активисты оказались в качестве заложников в этой войне между двумя сторонами, — говорит репортеру Азаттыка правозащитница Бахытжан Торегожина.

Правозащитник Бахытжан Торегожина, руководитель организации «Ар.Рух.Хак».
Правозащитник Бахытжан Торегожина, руководитель организации «Ар.Рух.Хак».

В последнее время более активных граждан стали преследовать не только по 405-й статье, но и по более тяжкой уголовной статье, 182 («Создание, руководство экстремистской группой или участие в ее деятельности»), санкция которой предусматривает тюремный срок от 10 до 17 лет. Сейчас по данной статье привлекаются не менее 14 человек, все они из Алматы.

— Дело в том, что, когда было инициировано создание так называемых ячеек, по пять человек, для того чтобы люди могли как-то консолидироваться, вместе участвовать в каких-то акциях и митингах, власти почему-то посчитали, что лидеров надо посадить в назидание другим, чтобы всех напугать. Я думаю, что именно только с этой точки зрения они решили теперь привлекать по 182-й статье, — говорит Бахытжан Торегожина.

В принятой 11 февраля 2021 года резолюции Европейского парламента о правах человека в Казахстане отмечается ухудшение ситуации в центральноазиатской стране. Парламентарии Европы осудили «использование антиэкстремистского законодательства» против сторонников ДВК и «Көше партиясы» и призвали официальный Нур-Султан «позволить политические плюрализм и конкуренцию». В итоговом документе депутаты отметили, что в Казахстане следует прекратить все политически мотивированные дела, а также положить конец «всем формам произвольного задержания, репрессий и преследований».

Во время обсуждения резолюции в стенах Европарламента депутат Ева Божена Копач выразила мнение, что 30-летие независимости страны «не станет настоящим праздником, пока не будут отпущены на свободу все политические заключенные, пока не прекратятся политически мотивированные суды, а также любые виды преследований критиков режима, правозащитников и гражданских активистов».

Министерство иностранных дел Казахстана через два дня после принятия резолюции заявило, что документ Европарламента основан на «непроверенной информации» и «искажает реальное положение дел», так как был «инициирован недружественно настроенными политиками». В интервью Азаттыку на минувшей неделе вице-президент Европарламента Хейди Хаутала подчеркнула, что «за резолюцией нет никаких агрессивных сил» — депутаты лишь выразили «искреннюю обеспокоенность тяжелой ситуацией с правами человека».

Елена Вебер

https://rus.azattyq.org