«Стрельба без предупреждения — это фашизм». Раненный в январских событиях актюбинец умер недели спустя

46-летний житель пригорода Актобе Файзулла Нургельдин, получивший тяжелое ранение в ходе январских событий, умер в начале марта. Его родственники готовятся провести 40-дневные поминки 1 апреля. Смерть Нургельдина сильно потрясла его мать, которая овдовела в 40 лет и одна растила пятерых детей.

Файзулла Нургельдин занимался частным предпринимательством, вместе с братьями вел крестьянское хозяйство, возил грузы на своей «газели». Он жил с пожилой матерью в селе Курашасай в 30 километрах от Актобе.

Файзулла пропал 5 января. Вечером родственники бросились его искать.

В Актобе в это время продолжались протесты. Полиция 5 января применила резиновые пули и слезоточивый газ для разгона демонстрантов, которые выступали против роста цен на автомобильное топливо. Группа протестующих выломала дверь акимата и попыталась проникнуть в здание. Первые выстрелы прозвучали после полудня.

В БОЛЬНИЦУ ПРОПУСТИЛИ СОТРУДНИКА ПОЛИЦИИ, НО НЕ РОДСТВЕННИКОВ

По документам, которые есть на руках родственников Нургельдина, Файзуллу доставили в больницу скорой помощи. Расстояние от областного акимата до медучреждения — около километра. Родственники полагают, что он мог получить ранение, когда полиция во второй раз открыла стрельбу. Это было во второй половине дня.

 Мы нашли Файзуллу после 11 ночи в больнице скорой помощи в Актобе. Ему к тому времени сделали операцию на голове и зарегистрировали его как безымянного пациента. Мой младший брат Алтынбек отправился в больницу и узнал, что пациент без имени — Файзулла. Четыре дня мой брат находился в реанимации без сознания. Врачи никого не пускали, ссылаясь на ограничения по коронавирусу. Через две недели, 19 января, его выписали. Я сразу поняла, что у брата торможение речи. Он не мог донести свои мысли, как раньше, делал паузы и снова говорил. После того как врачи сказали, что он в хорошем состоянии, мы надеялись, что он поправится после травмы головы. Потом мы узнали, что после операции в больницу к нему приходил сотрудник полиции и пытался его допросить. В то время брат был не в состоянии отвечать следователю, — рассказывает старшая сестра Файзуллы Айгуль Нургельдина.

Младший брат Файзуллы Алтынбек говорит, что его не пустили в реанимацию. Лишь вынесли верхнюю одежду, увидев которую он подтвердил, что раненый — его брат.

Айгуль, старшая из пяти детей в семье Нургельдиных, живет в селе Акраб Кобдинского района. Файзулла был младше ее на два года, он родился и вырос в селе Кызылжар. Окончил школу с отличием, отучился в строительном колледже в Актобе, но никогда не работал на стройке. Повзрослев и встав на ноги, Файзулла, как старший из трех сыновей, перевез свою мать, братьев и сестер в Курашасай, что недалеко от Актобе.

«НА ВИСКЕ БЫЛА ВМЯТИНА РАЗМЕРОМ С ПИАЛУ»

После выписки из больницы Файзулла Нургельдин около двух недель находился с матерью в Курашасае. Из-за переживаний у пожилой женщины поднималось давление, поэтому Айгуль перевезла младшего брата к себе в село Акраб.

 Пуля попала Файзулле в левый висок. На виске у него была вмятина размером с пиалу. Он был немногословным и спокойным человеком. «Я заставил вас нервничать и хлопотать. Стал обузой», — говорил он, чувствовал себя неудобно из-за своего состояния. Я даже водила его к мулле, чтобы он сделал заклинание. Я не спрашивала, что произошло с ним на площади, да и он сам не хотел говорить об этом. Позже я увидела момент ранения Файзуллы на видео в Сети, — рассказывает Айгуль Нургельдина.

Алтынбек говорит, что его брат услышал о протестах в «чате «газелистов»» в мессенджере и пошел поддержать протестующих.

 Акимат был оцеплен полицией, он оставил «газель» в соседнем квартале и пошел на площадь пешком. Документы остались в машине. Когда он получил ранение, телефон выпал из кармана на площади. Сам Файзулла рассказал, что они бежали от акимата, когда распылили газ. Тогда же раздались выстрелы. Он и был ранен, и впал в кому. Но он не видел, кто в него стрелял. В морге сказали, что результаты экспертизы будут готовы в течение месяца, но никаких документов еще не предоставили, — утверждает Алтынбек.

На коротком видео, ссылку на которое прислала Азаттыку Айгуль Нургельдина, человека с окровавленной головой несут несколько мужчин. Автор видео снял густой туман после применения слезоточивого газа и людей, бегущих от акимата Актобе на противоположную сторону улицы. Лицо раненого на записи видно нечетко. Но Айгуль узнала своего брата Файзуллу по телосложению, обуви и куртке.

Файзулла провел в доме сестры в Акрабе всего два дня, затем был вынужден вернуться 8 февраля в Актобе. У него по всему телу пошла сыпь. Он около недели лечился от атопического дерматита, а 15 февраля у него поднялась температура, и его снова доставили в больницу скорой помощи. Живым он оттуда не вышел. Он умер в 8 часов утра 2 марта. Файзуллу Нургельдина, скончавшегося за девять дней до своего 47-летия, похоронили в родном селе Кызылжар Кобдинского района.

«НЕУЖЕЛИ У СТРЕЛЯВШИХ В БЕЗОРУЖНЫХ НЕТ МАТЕРЕЙ, СЕСТЕР И БРАТЬЕВ?»

В управлении здравоохранения Актюбинской области подтвердили, что Файзулла Нургельдин получил открытую черепно-мозговую травму на митинге 5 января. В больницу его доставила бригада скорой помощи, врачи сразу же сделали трепанацию черепа, выписали две недели спустя. Но после повторной госпитализации в нейрохирургическое отделение больницы скорой медицинской помощи пациента с высокой температурой и головной болью спасти не удалось.

Родственники Файзуллы Нургельдина не знают, какая именно пуля попала ему в голову.

Ни в министерстве здравоохранения, ни в полиции Азаттыку не предоставили информацию о пуле. Члены семьи не обращались к властям с просьбой найти и наказать виновных в смерти их родственника.

 Неужели у стрелявших в безоружных людей нет матерей, сестер и братьев? Если есть, то почему они не пощадили людей?! Я считаю, что стрельба без предупреждения — это фашизм. Мой брат — жертва фашизма. Аллах рассудит, — тяжело вздыхает Айгуль.

У Файзуллы осталась 12-летняя дочь. Девочка, сопровождавшая мать на похоронах отца, с двухлетнего возраста живет у родственников по материнской линии. Файзулла развелся с женой десять лет назад.

 Его тяжелобольную жену забрали ее родственники. Файзулла больше не женился и до самой смерти оказывал всяческую поддержку своей дочери, которая живет в Кандыагаше, — говорит Айгуль.

У братьев и сестер Файзуллы свои семьи. Карлыгаш Нургельдина, которой около 70 лет, тяжело переживает утрату. Она жила под одной крышей со старшим сыном. Пожилая женщина, овдовевшая в 40 лет, сама растила пятерых детей. Сейчас осталась одна в опустевшем доме. Дети называют ее состояние критическим.

По официальным данным, в ходе январских событий в Актобе с различными травмами были госпитализированы 62 человека. 12 из них — сотрудники силовых органов. Вплоть до конца января власти скрывали гибель жителя Актюбинской области Русланбека Жубаназарова, застреленного утром 7 января при силовом разгоне протеста. Представители власти первоначально заверяли, что «митинги завершились без кровопролития». Лишь после того, как Азаттык связался с родственниками погибшего и информация о его гибели была предана огласке, полиция подтвердила смерть Жубаназарова. Через месяц тело выдали его родным.

46-летний Файзулла Нургельдин — вторая жертва январских событий в Актобе.

По всей стране, согласно официальным данным, в ходе январских событий погибло не менее 238 человек, большая часть — в Алматы, где протесты обернулись беспорядками и погромами. Власти не опубликовали список погибших.


Файзулла Нургельдин жил в селе Курашасай под Актобе. Он получил ранение во время январских событий и умер в начале марта

Жанагуль Журсин радио Азаттык

https://rus.azattyq.org/a/kazakhstan-aktobe-region-fayzulla-nurgeldin-victim-of-bloody-january/31769672.html