«Нужны конкретные действия, а не пустые обещания». Казахстан вновь подвергся критике Европарламента

Обещание властей Казахстана улучшить ситуацию с правами человека осталось невыполненным. На слушаниях в подкомитете Европарламента европейские политики и правозащитники заявили, что список политзаключенных в Казахстане постоянно растет и что Нур-Султану пора перейти от слов к делу.

 

КАЗАХСТАНСКИЙ ОМБУДСМЕН: МЫ ХОТИМ ТРЕХСТОРОННЕГО ДИАЛОГА

В заседании подкомитета Европарламента по правам человека 6 декабря участвовали депутаты Европарламента, представитель международной правозащитной организации Human Rights Watch Мира Риттман, уполномоченный по правам человека в Казахстане (омбудсмен) Эльвира Азимова и глава Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис. Некоторые из них присоединились к встрече по видеосвязи.

В Казахстане омбудсмен назначается сенатом по представлению президента. Эльвира Азимова, занимающая эту должность с сентября 2019 года, говорит, что диалог между Европарламентом и парламентом Казахстана расширяется. Азимова заявила о необходимости «двустороннего сотрудничества законодательных органов».

Азимова сообщила, что некоторые из 26 мер, предусмотренных июньским указом президента Токаева в области прав человека, реализованы, но не уточнила, какие это меры и на каком уровне они реализованы.

«Для нас важно, для меня лично очень важно, чтобы вот эти диалоги, которые сегодня происходят у депутатов Европарламента, у Европейского союза отдельно с правительством и отдельно с гражданским обществом все-таки приобрели трехсторонний формат, потому что мы должны уметь слышать друг друга. Президент провозгласил концепцию слышащего государства, вот это слышащее государство должно иметь триаду субъектов, сторонников вот этого диалога. Иначе, если каждый будет общаться сам друг с другом в двустороннем формате, это не даст эффекта», — говорит Азимова.

ПРЕСЛЕДОВАНИЕ КРИТИКОВ

Исследователь международной правозащитной организации Human Rights Watch по Центральной Азии Мира Риттман поблагодарила Европейский парламент за привлечение внимания к ситуации с правами человека в Казахстане, где «власти оказывают давление на гражданское общество, медиаэкспертов и критиков правительства». Она отметила, что после резолюции Европарламента о ситуации с правами человека в Казахстане в феврале этого года власти Казахстана отказались от своих намерений по преследованию и отменили штрафы десяткам групп в стране.

Риттман также поблагодарила институты Европейского парламента за то, что они выразили обеспокоенность по поводу неправомерного использования властями Казахстана статьи о распространении ложной информации против активистов, обратились в Международную организацию труда и выразили озабоченность, призвав Казахстан реформировать закон о профсоюзах и оказывать постоянную поддержку группам гражданского общества в стране.

В преддверии визита президента Токаева в Брюссель в прошлом месяце Мира Риттман призвала лидеров ЕС, у которых есть «возможности и инструменты», повлиять на Нур-Султан и «четко заявить в своих переговорах с президентом [Токаевым], а также в любых публичных комментариях относительно его визита, что одних разговоров недостаточно. И в этот раз представитель HRW заявила о необходимости «конкретных действий, а не пустых обещаний».
«Когда президент Токаев направлялся в Брюссель, мы узнали о трагической смерти диссидента и поэта Арона Атабека через несколько недель после освобождения из тюрьмы, где он отбыл около 15 лет из 18-летнего тюремного срока. На момент освобождения он был полностью истощен. Он неоднократно заявлял о жестоком обращении и пытках во время содержания под стражей. Его заявления игнорировались или опровергались. Такие трагические события показывают, насколько бессмысленными могут быть разговоры о приверженности правительства Казахстана защите прав человека», — заявила Риттман 6 декабря.

Омбудсмен Азимова не отреагировала на заявление об Атабеке.

1 октября власти Казахстана освободили Арона Атабека, приговоренного к 18 годам лишения свободы по обвинению в «организации массовых беспорядков» после Шаныракских событий 2006 года в Алматы, по состоянию здоровья, заменив неотбытый срок условным наказанием. Диссидент, отрицавший оба обвинения в суде и тюрьме, требовал от властей полного оправдания и компенсации. 68-летний Атабек скончался 24 ноября в больнице Алматы. Правозащитные организации и местные активисты, признавшие Арона Атабека политическим заключенным, обвинили власти в его смерти. Комитет уголовно-исполнительной системы МВД Казахстана заявил, что не несет ответственности за ухудшение здоровья Атабека.

Мира Риттман выделила три ключевые проблемы, связанные с правами человека в Казахстане:

  • злоупотребление антиэкстремистским законодательством для подавления критиков правительства;
  • ограничение деятельности независимых профсоюзов;
  • насилие в семье.

Представитель HRW заявила, что преследование критиков правительства, подозреваемых в поддержке движений «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) и «Көше партиясы», признанных властями экстремистскими организациями, продолжается уже много лет. В качестве примера Риттман привела фамилии десятка людей, обвиненных в «экстремистских действиях» и приговоренных к различным наказаниям, включая ограничения на свободу передвижения, пользование интернетом и политическую или гражданскую активность. Это Аскар Каирбек, Ербол Есхожин, Улысбек Ахметов, Асхат Жексебаев, Кайрат Кылышев, Абай Бегимбетов и Ноян Рахимжанов, говорит она.

Риттман заявила, что, несмотря на принятые поправки к репрессивному закону о профсоюзах в Казахстане в 2014 году, правительство отказывается регистрировать независимые профсоюзы и препятствует их деятельности. В феврале была приостановлена деятельность Отраслевого профсоюза работников топливно-энергетического комплекса на шесть месяцев. Риттман отмечает, что в этом году участились протесты рабочих и власти иногда подают иск на рабочих за незаконные забастовки.

Парламент Казахстана приостановил рассмотрение закона о противодействии семейному насилию в январе этого года и с тех пор не принял никаких новых законов для усиления защиты женщин от бытового насилия. Правоохранительные органы и судебные органы не рассматривают должным образом жалобы женщин и не привлекают к ответственности виновных, отметила она.

«На прошлой неделе власти Алматы отказали активистам в проведении специального мероприятия по случаю Международного женского дня 8 марта, до которого еще три месяца», — напомнила Риттман.

Представитель HRW призвала Европейский союз и его институты «добиваться от казахстанских властей того, чтобы они переходили от пустых обещаний к реализации обещанных реформ». Среди них, по заявлению Риттман:

  • пересмотр определения экстремизма;
  • прекращение злоупотребления статьей 405 уголовного кодекса с целью преследования критиков правительства;
  • пересмотр решения суда о запрете ДВК и «Көше партиясы»;
  • обеспечение регистрации независимых профсоюзов и предоставление им возможности осуществлять свою деятельность, не опасаясь репрессий или закрытия;
  • разрешение деятельности Отраслевого профсоюза работников топливно-энергетического комплекса;
  • семейное насилие должно считаться преступлением, и женщина, подвергшаяся насилию, должна иметь возможность без проблем воспользоваться дополнительными услугами, в том числе приютами в сельской местности.Исследователь Human Rights Watch по Центральной Азии Мира Риттман призвала Европейский союз постоянно следить за ситуацией с правами человека в Казахстане и включать это в свои заявления.

    «Европейскому союзу пора призвать президента Токаева прекратить злоупотреблять [властью] и показать, что обещания правительства о реформах важны и должны быть правдивыми», — сказала Риттман.

    ЧТО ТРЕВОЖИТ КАЗАХСТАНСКИХ ПРАВОЗАЩИТНИКОВ?

    Глава Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис отметил позитивные изменения в области прав и свобод человека в Казахстане за последние два года. Это отмена смертной казни, принятие специального закона, приводящего институт уполномоченного по правам человека в Казахстане в соответствие с международными принципами, принятие административного процедурно-процессуального кодекса на основе европейской модели административного права, некоторые изменения по предотвращению пыток, жестокого обращения, защите женщин и людей с ограниченными возможностями.

    «Однако подробнее остановлюсь на том, что вызывает у нас серьёзную тревогу», — отметил правозащитник, добавив, что «в июне 2020 года был принят новый закон о мирных собраниях, что преподносится как большое упрощение порядка организации и проведения собраний». «Однако новый закон сохраняет разрешительный порядок организации демонстраций и шествий, а введенный уведомительный порядок проведения митингов и пикетов слишком похож на прежний разрешительный порядок, поскольку предполагает ожидание реакции властей на уведомление в течение трёх рабочих дней и возможность запрещения собрания. Объявлено о снижении обязатель­ного для регистрации политической партии числа её членов, о введении 30-процентной квоты для женщин и молодёжи при выборах в парламент и о создании правовой основы для парламентской оппозиции. Однако снижение числа членов партии с 40 тысяч до 20 ничего не меняет. За последние десять лет ни одна оппозиционная партия не была зарегистрирована, — говорит Жовтис. — Более того, в соответствии с внесёнными в выборное законодательство изменениями выборы в парламент и местные представительные органы проходят теперь исключительно по партийным спискам, в результате чего политическая оппозиция не представлена ни в парламенте, ни в местных органах власти. Поэтому сами по себе квоты или положения о парламентской оппозиции ничего не значат, если невозможно зарегистрировать оппозиционную партию, полноценно вести политическую агитацию и эффективно участвовать в выборах».

    Жовтис также раскритиковал тот факт, что срок наказания за «клевету» был уменьшен, но статья не перенесена из уголовного законодательства в гражданское.

    «Как член экспертного совета казахстанских правозащитных организаций по составлению списка политических заключённых, я должен отметить, что этот список постоянно растёт, даже после освобождения некоторых политзаключённых», — сказал Евгений Жовтис.

    По его словам, гражданские активис­ты, которые освобождаются из мест лишения свободы по окончании срока или в связи с условно-досрочным освобождением, сталкиваются с масштабным давлением.

    «Практически всех осужденных гражданских активистов суды лишают права заниматься общественной деятельностью… Поскольку активистов обычно осуждают по статье 174 Уголовного кодекса РК за разжигание какой-либо розни или по статье 405 за участие в запрещённой за экстремизм организации, а обе статьи относятся к категории «экстремистских», то всех таких осужденных включают в «Перечень лиц, финансирующих терроризм и экстремизм». В результате таких приговоров банковские счета осужденного оказываются заблокированными, человек не может получать денежные суммы более 100 долларов на члена семьи, не могут открывать какой-либо бизнес, оформлять в государственных органах или у нотариусов какие-либо документы», — сказал правозащитник.

    «Существуют серьёзные проблемы, связанные со свободой вероисповедания, особенно для религиозных меньшинств, в частности некоторых ненасильственных исламских групп или даже для верующих, которые просто обсуждают религиозные тексты в группах WhatsApp. В сентябре этого года Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям приняла заключение по делу девяти мусульман, пригово­рённых за такое обсуждение к срокам лишения свободы от 5 до 7,5 лет. Рабочая группа установила факты нарушения свободы выражения мнений и свободы вероисповедания и призвала к их освобожде

    И, наконец, казахстанских правозащитников беспокоит состояние враждебной среды в отношении лиц так называемой нетрадиционной сексуальной ориентации, что проявилось в нескольких регионах массовыми нападениями на представителей ЛГБТ-сообщества», — добавил правозащитник.

    «СТРАДАЮТ И ГНИЮТ В ТЮРЬМАХ»

    Говоря о предотвращении пыток и жестокого обращения в исправительных учреждениях Казахстана, о которых ранее говорили депутаты Европейского парламента, омбудсмен сообщила, что правительство Казахстана планирует построить в стране 16 тюрем, каждая на 2000 мест.

    В феврале Европейский парламент принял резолюцию о ситуации с правами человека в Казахстане, в которой говорилось об ухудшении ситуации с правами человека, и призвал принять санкции в отношении чиновников, нарушающих права человека.

    Депутаты Европарламента также призвали Нур-Султан освободить политзаключенных. С тех пор несколько человек были освобождены из тюрем, но список политзаключенных, составляемый казахстанскими правозащитниками в стране, постоянно обновляется.

    В ходе обсуждения 6 декабря член Европейского парламента Ружа Тун заявила, что не получила ответа на вопрос о политических заключенных и жертвах политических репрессий, который она поднимала во время встречи с казахстанской делегацией несколько месяцев назад.

    «Мы встречались с госпожой Азимовой в середине июля. С тех пор прошло много месяцев. А вы повторяете всё те же слова. Я передала вам полный список политзаключенных. Вы же говорите о диалоге, реформах, планах на будущее и так далее. Однако сейчас [политические] заключенные гниют в тюрьмах, их пытают и заставляют давать ложные показания», — сказала она.

    Ружа Тун заявила: убеждена в том, что в Казахстане, где продолжаются политически мотивированные судебные процессы, не происходит никаких позитивных изменений.

    «Вы говорите о диалоге. Со сколькими представителями неправительственных организаций (НПО) вы встретились? Вы можете сказать нам, что это за НПО? Потому что мы слышим, что и с вами нет диалога. Вы говорите о «слышащем государстве». Кого вы услышали? Надеюсь, что вы слышали слова двух человек, которые говорили до меня (имеет в виду Риттман и Жовтиса. — Ред.). И я знаю, что то, что они говорят, — правда. Я хочу, чтобы это был разговор не о диалоге и планах правительства, а была конкретика. Что именно изменилось? Можете ли вы дать список людей, которые вышли на свободу? Я слежу за политически мотивированными судебными делами [в Казахстане] и могу сказать, что ничего не изменилось к лучшему», — сказала Тун.

    «Все решения приняты судом, а не уполномоченным по правам человека или правительством», — ответила казахстанский омбудсмен, подтвердив, что во время встречи летом получила список политзаключенных от Ружи Тун.

    «На сегодня шесть человек из этого списка освобождены из колонии, одиннадцати — назначено ограничение свободы… А что касается остальных лиц, вы сами понимаете, это достаточно длительный судебный процесс и здесь очень важна работа самих прокуроров и судов. Поэтому сейчас я вам окончательно сказать, что стопроцентно этот вопрос решен, не могу», — сказала Азимова.

    Представитель делегации Европейского парламента по Центральной Азии Ружа Тун позже написала на своей странице в Twitter᾽е: «Вчера в подкомитете Европейского парламента по правам человека выразили тревогу по поводу ситуации с защитой прав человека в Казахстане. Политические заключенные, вынужденные делать выгодные для властей заявления после пыток, гниют в тюрьмах». Пост Тун сопроводила фотографиями оппозиционных активистов в Казахстане. Некоторые казахстанские активисты поблагодарили депутата Европарламента за вопрос, который не поднимается в парламенте страны, и поделились ее постом в Сети.

    ВОПРОС ОБ УЙГУРАХ, ОТВЕТ О КАЗАХАХ

    Выступивший в ходе обсуждения другой член Европарламента, Питер ван Дален, задал вопрос о ситуации со свободой вероисповедания в Казахстане и положении уйгурского меньшинства в стране.

    «Меня особенно беспокоят сообщения о ситуации с теми, кто перешел из ислама в христианство. Они и члены их семей подверглись давлению. Это первый вопрос. Мой второй вопрос касается уйгурского меньшинства в Казахстане. Мы знаем, что Казахстан начал сближаться с Китаем. Как это повлияет на положение уйгуров в Казахстане?» — поинтересовался Питер ван Дален.

    Азимова сообщила, что в парламенте Казахстана рассматриваются поправки по религиозной экспертизе и местам проведения обрядов.

    В ответ на вопрос Питера ван Далена об уйгурском меньшинстве в Казахстане Азимова начала рассказывать о казахах из Китая.

    «Что касается этнических казахов, которые прибывают на территорию [Казахстана] и поднимают вопрос об освобождении их родственников, находящихся на территории Китая, то я скажу, что по этим вопросам мы тоже работаем. Учитывая, что это другое государство, достаточно тяжело сейчас сказать о результатах. Но тем не менее я с ними встречалась, я разговаривала и сейчас провожу этот диалог с МИД и Генпрокуратурой, это достаточно сложный вопрос», — ответила Азимова.

    По данным ООН, с 2017 года около миллиона уйгуров, казахов, кыргызов и других мусульман, проживающих в Синьцзяне, были заключены в лагеря политического перевоспитания. Пекин назвал лагеря центрами по борьбе с терроризмом. Правозащитники и очевидцы происходящего говорят, что в лагерях серьезно нарушаются права человека: заключенные подвергаются пыткам, изнасилованиям и привлекаются к принудительному труду.

    Этнические казахи, переехавшие в Казахстан из Китая, сообщают о притеснениях родственников, оставшихся в Синьцзяне. Некоторые из них говорят, что им пришлось уехать в третьи страны из-за давления в Казахстане.

     

     

    Поэт-диссидент Арон АтабекМира РиттманЕвгений ЖовтисРужа ТунРабочие компании KMG-Security, требующие повышения зарплат. Мангистауская область, Жанаозен, 16 июля 2021 годаАктивисты у гостиницы «Интерконтиненталь», где будет проходить гражданский форум. 5 октября 2021 годаИзображение
  • Радио «Азаттык»
    https://rus.azattyq.org/a/31600862.html