Карагандинские чиновники превратили жизнь инвалида в ад

Беда не приходит одна

Карагандинка Зинаида ПОЛОВИНСКАЯ – инвалид II группы. Живет одна в квартирке старой двухэтажки шахтерской столицы, экономит на еде, чтобы покупать лекарства, и постоянно молится за здоровье дочери и внука, которые вынужденно живут в соседней России. Хотя молитвы о здравии ей самой намного нужнее – после последнего инсульта в 2014 году Зинаиду Ивановну парализовало, и на протяжении полугода она была прикована к постели. Сейчас передвигается с трудом, с помощью костыля.

О событиях жизни, приведших к такой ситуации, женщина вспоминает эмоционально, словно пересказывает киносериал:

– В 1991 году муж получил от работы в Кировском районе Караганды новую 4-комнатную квартиру. Строился этот 15-квартирный дом хозспособом. Я сама лично в доме штукатурила стены, клеила обои, заделывала окна. Дом был шлакоблочный – из отходов продукции завода железобетонных изделий (ЖБИ), где и трудился мой муж. Ему был присвоен адрес: ул. Стахановская, 23.

Радуясь новоселью, Зинаида Ивановна и предположить не могла, что просторная 4-комнатная квартира для ее большой семьи станет вскоре слишком велика.

– Когда вселялись, семья у нас была большая: мы с мужем, дочка, сын. И еще больной брат с нами жил. А в 1993 году наш 11-летний сын погиб.

4 ноября, в день его похорон, муж ушел от нас к другой женщине. Мы с дочкой остались вдвоем в огромной квартире.

Поскольку приватизация жилья тогда только началась, мы понятия не имели, как это правильно делается. Выкупали квартиру частично за купоны, частично – за тенге. А дочку не включили в договор приватизации.

По словам Зинаиды Половинской, трагические события тогда только начинали разворачиваться.

– Когда с сыном случилось несчастье, я ушла на длительный больничный. Потом были похороны, и меня сократили на работе. У меня какое-то время не было никаких доходов, бывший муж не помогал. Зимой во время буранов снесло несколько листов шифера на крыше над моей квартирой на 3-м этаже, и по весне с потолка стало лить. Я пошла в акимат Кировского района с просьбой помочь залатать крышу, а там мне ответили, что наш дом состоит на балансе завода ЖБИ, поэтому мне надо обращаться к директору завода. Решила, что это логично – ведь все коммуникации, начиная от отопления и заканчивая водой, у нас были от предприятия. За них и платила в кассу завода.

Поход к директору завода ЖБИ закончился ничем, вспоминает женщина.

– Он меня просто послал на три буквы, сказал: “Пусть муж тебе делает крышу”.

А после начались кризисные для всех карагандинцев годы жизни.

– Отопление отключили, потому что многие жильцы за него не платили – нечем было. Воды тоже не стало. Я устроилась сторожем в аптеку № 23 и воду таскала с работы фляжками. Когда отключили электричество, готовила на свечке, на костре во дворе. Позже эмигрирующие соседи нам оставили керосиновую лампу, дочка готовила уроки под ней. Газ не заправляли. Крыша текла. Дочкино пианино я накрывала клеенкой, сверху ставила тазики, куда капала вода с потолка…

Акимат сказал – акимат не сделал

Несмотря на все трудности, одинокая мать исправно оплачивала налог на имущество и счета за коммуналку.

– Вот, смотрите, всё по нулям, – показывает старенькие квитанции Зинаида Ивановна. – У нас были бухгалтер и председатель ЖЭКа, они приходили, и им я платила. Не всегда получалось вовремя, но всё же исправно.

Вымотанная жизнью, в которой каждый день был квестом на выживание, карагандинка не сразу заметила, как постепенно пустеет дом.

– Я работала с утра до ночи, бегала по больницам с дочкой, которая всё время болела, поэтому не знала, что у нас во дворе проводились собрания, на которые приходили сотрудники акимата. Они уговаривали жильцов идти и подыскивать себе брошенные квартиры в Пришахтинске и Шахтерском поселке. Говорили, что нужно сохранить жилой фонд там. Обещали выдавать документы – сначала договоры опеки, а спустя несколько лет – договоры приватизации. И люди постепенно уходили, бросая свои обжитые квартиры в поселке ЖБИ и переселяясь поближе к “цивилизации”.

В какой момент в двухэтажке по Стахановской, 23, из всех жильцов остались только Зинаида с дочкой, она не помнит. Но отчетливо помнит, как однажды услышала гулкий стук в дверь.

– Открываю, а там военные. Увидели меня и удивились, спрашивают: “Вы тут живете, что ли? Все уехали, а ты чего тут торчишь?”. Объяснили, что у них приказ от командования: разбирать окна, двери, сантехнику и т. д. Мол, акимат дал добро на восстановление общежитий для военных этими материалами. Я все документы на квартиру показала одному из военных. Он мне сказал жаловаться в акимат.

По словам Зинаиды, вояки очень быстро разобрали всё, что можно. И дом стал окончательно нежилым и страшным.

– Теперь, когда крыши не стало вообще, мне ничего не оставалось, как пойти в акимат. Там мне сказали искать себе жилье из числа брошенного. Я весь Пришахтинск обошла и нашла разбитую двухкомнатную квартиру в Шахтерском поселке по адресу: ул. Донецкая, 71, кв. 15. Всё восстанавливала – полы, сантехнику, окна, двери. Я в то время кем только не работала – и поломойкой, и дворником, и массажисткой. Мне помогали всем миром – кто кусок трубы даст, кто проводку сделает, кто унитаз поставит. Отопления там не было, поставили электрические батареи. Потом получила в акимате договор опеки, и 12 сентября 2002 года мы с дочкой переехали.

Через год Зинаида Ивановна, по ее словам, вновь обратилась в акимат, чтобы продлить договор опеки. Чиновники уверили ее, что спустя 3 года, если она будет добросовестно нести бремя содержания квартиры, то жилье будет отдано ей в собственность.

 

– Я всё делала, чтобы было по закону, – с отчаянием в голосе говорит женщина. – Когда подыскивала квартиру, выбирала специально неприватизированную. Но в 2004 году неожиданно нагрянул хозяин квартиры, и в суде вдруг выяснилось, что аж в 1995 году он ее приватизировал. Суд вынес решение о выселении. Что я могла сделать? Единственное – умолять хозяина не выселять нас с дочкой в зиму, а подождать до весны.

Никаких компенсаций за восстановление разбитой квартиры Зинаида Ивановна, естественно, не получила.

По семейным обстоятельствам

Зинаиде Ивановне с дочкой пришлось снова искать себе пристанище.

– Моя мама-инвалид жила в однокомнатной квартире, которую собиралась оставить моему брату. Она была против того, чтобы пустить нас к себе пожить, но мы ее уговорили, пообещав, что придем к ней без скарба. Все вещи, мебель, что были, мне пришлось раздать, распродать за бесценок. При этом мама отказалась меня прописывать, прописала только дочку, поскольку ей надо было получать паспорт, – рассказывает Зинаида.

После смерти матери квартира всё же досталась им с дочерью. Брат с семьей уехал на ПМЖ в Россию и отказался от наследства в пользу сестры.

– Квартирка была совсем маленькая, и я пыталась выбить у акимата другое жилье. Но везде мне отвечали: “Не положено”. В маслихате так вообще возмутились: “Вашей дочке 16 лет, пусть идет работать!”.

Годы шли. Несмотря на все трудности, Зинаида Ивановна сумела дать дочери образование.

– Всю жизнь я работала на 2–3 работах, не гнушалась ничем, лишь бы добыть денег, – качает головой карагандинка. – Дочка в 2009 году вышла замуж, жила с мужем у свекрови. А в 2010 году меня разбил инсульт. Из-за того, что нужно было ухаживать за мной, однокомнатную мамину квартиру продали, дочка взяла кредит и купила старенькую 2-комнатную квартирку в двухэтажке. Никакими льготами я не пользовалась.

Причиной тому был факт наличия в собственности 2 квартир. Ведь 4-комнатная на Стахановской, 23, разбитая и разобранная, по документам числилась за Зинаидой Половинской.

– В 2014 году меня второй раз шарахнул инсульт, – вспоминает женщина. – Да так, что я окончательно стала инвалидом. Сначала не могла вставать, после – нормально передвигаться. Появилась острая необходимость в памперсах. Дочь родила мальчика и вынуждена была нянчиться и с ребенком, и со мной. Представьте, каково это: тут мои памперсы, тут пеленки малыша. Дочь с внуком жила со мной, муж – со своими родителями, у них едва не дошло до развода.

В конце концов, по словам Зинаиды Ивановны, чтобы сохранить семью дочери, было принято общее решение: молодые уедут жить в Новосибирск.

Акимат: попытка № 3

Так они и живут сейчас – по много раз на дню созваниваются по видеосвязи. Мать старается делать вид, что всё хорошо, дочь – что верит в это.

– У меня была надежда, что можно будет восстановить квартиру на Стахановской, 23, – плача, признается Зинаида Половинская. – Тогда дочка с семьей могла бы вернуться, и я не была бы одна. Всё боюсь, что упаду однажды и не смогу встать, и никто не придет, не узнает, что мне плохо.

Но в мае этого года последняя надежда Зинаиды Половинской рухнула.

– Мне на телефон пришло SMS – меня вызвали в суд. Я растерялась, испугалась, но пошла. Сначала это была беседа.

Судья сказала, что акимат хочет лишить меня права собственности на квартиру. Якобы я добровольно ее бросила, не несла бремя ее содержания, поэтому квартиру мою государство хочет забрать.

Но как добровольно, если меня вынудили выселиться? У меня все счета оплачены, налог на эту квартиру вплоть до прошлого года. В сентябре начался суд, и я туда принесла все документы. 

Материалы по теме
Чиновники намерены выставить на улицу выпускницу детдома

Чиновники намерены выставить на улицу выпускницу детдома

По словам женщины, юристы акимата настаивают на том, что раз все квартиры в доме на Стахановской, 23, уже переданы в собственность государства, значит, такая же участь должна постигнуть квартиру Зинаиды Ивановны. Юрист, к которому обратилась за помощью ответчица, возражает: в случае с его доверительницей всё не так просто. Она-то все эти годы, насколько это было возможно, несла бремя ее содержания!

– Я всё оплачивала, квитанции сохраняла, – говорит Зинаида Ивановна. – Несмотря на то что акимат дважды меня обманул, я всё делала по закону. Неужели акимат в третий раз меня обманет?

Несмотря на горький опыт, Зинаида Половинская верит, что справедливость и закон – на ее стороне.

– Раз государству понадобились те квартиры, значит, дома наши решили восстановить, – предполагает она. – Так, может, мою квартиру тоже восстановят и мне отдадут? А я смогу отдать ее дочери.

P.S. Пока верстался номер. Суд Октябрьского района № 3 г. Караганды вынес решение: лишить Зинаиду Половинскую права собственности на квартиру по адресу: ул. Стахановская, д. 23, кв. 5.

Лариса Чен

https://www.caravan.kz/gazeta/karagandinskie-chinovniki-prevratili-zhizn-invalida-v-ad-787441/