«Бесовщина», «права матки», «разрушение нацкода»: реакция на женский марш и ее причины

Марш за гендерное равенство в Алматы в Международный женский день взбудоражил казахстанский сегмент социальных сетей. У шествия, целью которого было поднять проблемы домашнего насилия, равноправия женщин, защиты от дискриминации представителей ЛГБТ-сообщества, нашлась масса противников, чьи аргументы часто сводились к тому, что марш противоречит «национальным ценностям» страны. Азаттык пытался разобраться, чем может быть вызвана столь яростная негативная реакция со стороны определенного сегмента казахстанского общества.

Акимат Алматы согласовал шествие 8 марта. Положительный ответ местного органа власти на уведомление о подобной акции — редкость для Казахстана.

В марше участвовали сотни людей, которые прошли по городу около пяти километров, скандируя лозунги «Права женщин — права человека», «Все люди — сёстры», «Нет насилию», «Моё тело — моё дело», «Умри, патриархат». Они требовали среди прочего усилить борьбу с домашним насилием, а также уравнять женщин и мужчин в правах, в частности в вопросе оплаты труда.

Противники марша давали знать о себе еще до его начала. В соцсетях звучали призывы отменить акцию. Организаторы этого марша — феминистские группы «КазФем», «Феминита», «Фемагора», «Фемсреда» и общественный фонд «Свет» — сообщали, что звучали угрозы сорвать шествие.

Тем не менее марш прошел мирно и без традиционного вмешательства полиции.

Основные баталии развернулись онлайн. Противники шествия не скупились на оскорбления в адрес его участников: комментировали их внешний вид, лозунги называли «отвратительными», а требования — «неуместными».

Среди высказывающихся в подобном ключе были и общественно значимые фигуры, например поэт и журналист, а с недавнего времени и депутат мажилиса от партии «Ак Жол» Казыбек Иса. Он назвал женский марш «бесовщиной» и «актом, который разрушает наш национальный менталитет, разрушает наш национальный код». «Какая трагедия видеть такие лозунги, как «Моя матка — мои правила», «У силы нет пола», «Материнство — это не долг»?!» — посетовал он.

Своеобразную позицию заняла член Национального совета общественного доверия при президенте Казахстана Айгуль Орынбек, согласившаяся, что женщины в Казахстане находятся под большим давлением, но при этом посчитавшая, что участницы марша «смешали права женщин» и «права матки».

«Бьет — значит сядет». Что ещё писали на плакатах на марше 8 марта

— Есть много маток, но отвратительно думать о том, на что способна вожделеющая матка. Это противоречит нашему менталитету. Это — не права женщин, а сексуальное желание, — высказалась Орынбек.

В акции участвовали и представители оппозиции. Они держали фотографии активисток, которым предъявлено обвинение по статье 405 уголовного кодекса («Организация и участие в деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации после решения суда о запрете их деятельности или ликвидации в связи с осуществлением ими экстремизма или терроризма») и требовали прекратить преследование инакомыслящих. Но в целом антиправительственных политических лозунгов на акции звучало немного.

Активисты с портретами женщин, которых правозащитники внесли в список политических заключенных. Алматы, 8 марта 2021 года.
Активисты с портретами женщин, которых правозащитники внесли в список политических заключенных. Алматы, 8 марта 2021 года.

О самой акции в оппозиционно настроенных кругах сложилось свое мнение. Некоторые ее представители посчитали, что власти «специально» утвердили марш с неполитической повесткой. По их словам, акиматы стараются не согласовывать митинги, на которых прямо критикуют режим и его политику, но не прочь поддержать подобные марши как «проявление демократии».

В числе тех, кто придерживается такой точки зрения, оппозиционный журналист Гульжан Ергалиева, которая увидела в том обстоятельстве, что марш согласовали, реакцию на недавнюю резолюцию Европарламента о ситуации с правами человека в Казахстане.

«Жесткая резолюция Европарламента с критикой Астаны по недопустимым нарушениям прав человека и перспектива возможных санкций против казахских чиновников возымела свое действие. После последних кеттлингов (взятие активистов в многочасовое оцепление. — Ред.) полиции на митингах оппозиции власти должны были как-то нейтрализовать возникшее напряжение в международных отношениях. И сегодня прошло показательное выступление «казахской демократии»», — сказала Ергалиева.

Политолог Казбек Бейсебаев также обратил внимание на тот факт, что власти одобрили проведение именно шествия по вопросам гендерного равенства. Он соглашается с тем, что в стране существуют проблемы с правами женщин, однако пишет, что власти могут «использовать» эту акцию для того, чтобы показать критикам: права на мирные собрания в Казахстане соблюдаются.

ВЫЗОВ КОНСЕРВАТИВНОМУ ОБЩЕСТВУ?

По словам Молдияра Ергебекова, исследователя вопросов гендерного равенства и члена Комитета гражданского общества Офиса структуры «ООН-женщины» в Центральной Азии и Европе, многие люди, высказывавшиеся относительно марша, реагировали на акцию однобоко, не вникая в суть. У этого есть глубокие причины, говорит он.

— И западное, и восточное общества превращают свои повседневные привычки в догмы и не хотят избавляться [от них], даже если они страдают от этого. Я вижу это по полемике в связи гендерным равенством. Есть много случаев грубых нарушений прав женщин в обществе. На митинге говорилось о погибающих от насилия женщинах. Противники должны по крайней мере обратить на это внимание, но вместо этого они прибегают к популистской риторике о том, что «наши предки сажали девушку на почетное место». Это традиционные патриархалы. Есть и такие, кто придерживается мнения, «мужчина и женщина никогда не могут быть равны, потому что женщины глупы». Заметно, что эти две группы формируют отношение в обществе, — говорит Ергебеков.

Выступление после завершения марша в Международный женский день.
Выступление после завершения марша в Международный женский день.

Журналист Елнур Алимова высказала похожее мнение. «Кажется, казахстанцам нужен еще один век, чтобы понять, что такое права женщин и феминизм. Женщины сейчас обладают таким же избирательным правом, как и мужчины, они вовлекаются в политику — всё это благодаря феминизму. Феминизм — направление, изучаемое наукой. Не нужно выставлять это чудовищным. До сих пор существует традиция видеть в невестке рабыню. Женщина — не чья-то рабыня», — написала она.

Плакаты в руках участниц акции. Алматы, 8 марта 2021 года.
Плакаты в руках участниц акции. Алматы, 8 марта 2021 года.

По словам Ергебекова, на засилье консервативных взглядов в Казахстане влияет и постколониальный менталитет. Общество, которое только начало выходить из колониализма, хочет восстановить старые традиции, пусть даже антигуманные, но при этом не отказываться от использования благ современной цивилизации и новейших технологий, отмечает он.

Поддерживая равенство женщин, исследователь также осуждает тех, кто критикует и подвергает нападкам пришедших на шествие представителей ЛГБТ. В стране после марша усилилась онлайн-травля в отношении этих людей.

— Демократия — это прежде всего права человека. Вы можете не поддерживать человека другой религии или пола, но вы должны признать, что они имеют такое же право на высказывание мнения, как и вы, — резюмировал Ергебеков.

Асылхан Мамашулы

https://rus.azattyq.org